предыдущая главасодержаниеследующая глава

Счастливый отец

Товарищ Сундучанский ожидал прибавления семейства. В последние решающие дни он путался между столами сослуживцев и расслабленным голосом бормотал:

- Мальчик или девочка? Вот что меня интересует. Марья Васильевна! Если будет девочка, как назвать?

Марью Васильевну вопрос о продлении славного рода Сундучанских почти не интересовал.

- Назовите Клотильдой,- хмуро отвечала она,- или как хотите. По общественным делам я принимаю только после занятий.

- А если мальчик? - допытывал Сундучанский.

- Извините, я занята,- говорила Марья Васильевна,- у меня ударное задание.

- Если мальчик,- советовал товарищ Отверстиев,- назовите в мою честь - Колей... И не путайся здесь под ногами, не до тебя. Мне срочно нужно вырешить вопросы тары.

Однажды Сундучанский прибежал на службу, тяжело дыша.

- А если двойня, тогда как назвать? - крикнул он на весь отдел.

Служащие застонали.

- О черт! Пристал! Называй как хочешь! Ну, Давид и Голиаф.

- Или Брокгауз и Ефрон. Отличные имена. Насчет Брокгауза сказал Отверстиев. Он был

остряк.

- Вы вот шутите,- сказал Сундучанский жалобно,- а я уже отправил жену в родовспомогательное заведение.

Надо правду сказать, никакого впечатления не вызвало сообщение товарища Сундучанского. Был последний месяц хозяйственного года, и все были очень заняты.

Наконец удивительное событие произошло. Род Сундучанских продлился. Счастливый отец отправился на службу. Уши его горели на солнце.

"Я войду, как будто бы ничего не случилось,- думал он,- а когда они набросятся на меня с расспросами, я, может быть, им кое-что расскажу".

Так он и сделал. Вошел, как будто бы ничего не случилось.

- А! Сундучанский! - закричал Отверстиев.- Ну как? Готово?

- Готово, - ответил молодой отец зардевшись.

- Ну, тащи ее сюда.

- В том-то и дело, что не ее, а его. У меня родился мальчик.

- Опять ты со своим мальчиком! Я про таблицу говорю. Готова таблица? Ведь ее нужно в ударном порядке сдать.

И Сундучанский грустно сел за стол дописывать таблицу.

Уходя, он не сдержался и сказал Марье Васильевне:

- Зашли бы все-таки. На сына взглянули бы. Очень на меня похож. Восемь с половиной фунтов весит, бандит.

- Три с четвертью кило,- машинально прикинула Марья Васильевна.- Вы сегодня на собрании будете? Вопросы шефства...

- Слушай, Отверстиев,- сказал Сундучанский,- мальчик у меня - во! Совсем как человек: живот, ножки. А также уши. Конечно, пока довольно маленькие. Может, зашел бы? Жена как будет рада!

- Ну, мне пора,- вздохнул Отверстиев.- Мы тут буксир один организуем. Времени, брат, совершенно нет. Кланяйся своей дочурке.- И убежал.

В этот день Сундучанский так никого и не залучил к себе домой полюбоваться на сына.

А время шло. Сын прибавлял в весе, и родители начали даже распускать слух о том, что он якобы сказал "агу", чего с двухнедельным младенцем обычно никогда не бывает.

Но и эта потрясающая новость не вызвала притока сослуживцев в квартиру Сундучанского.

Тогда горемыка отец решился на крайность. Он пришел на службу раньше всех и на доске объявлений вывесил бумажку:

БРИГАДА
 по обследованию ребенка Сундучанского
 начинает работу сегодня, в 6 часов, в
 квартире т. Сундучанского. Явка тт.
 Отверстиева, Кускова, Имянинен,
          Шакальской и Башмакова
               ОБЯЗАТЕЛЬНА.

В три часа к Сундучанскому подошел Башмаков и зашептал:

- Слушай, Сундучанский. Я сегодня никак не могу. У меня кружок и потом... жена больна... ей-богу!

- Ничего не поделаешь,- холодно сказал Сундучанский,- все загружены. Я, может, тоже загружен. Нет, брат, в объявлении ясно написано: "Явка обязательна"...

С соответствующим опозданием, то есть часов в семь, члены бригады, запыхавшись, вбежали в квартиру Сундучанского.

- Надо бы поаккуратнее,- заметил хозяин,- ну да ладно, садитесь. Сейчас начнем.

И он вкатил в комнату коляску, где, разинув рот, лежал молодой Сундучанский.

- Вот,-сказал Сундучанский-отец.-Можете смотреть.

- А как регламент? - спросила Шакальская.- Сначала смотреть, а потом задавать вопросы? Или можно сначала вопросы?

- Можно вопросы,- сказал отец, подавляя буйную радость.

- Не скажет ли нам докладчик,- спросил Отверстиев привычным голосом,- каковы качественные показатели этого объекта...

- Можно слово к порядку ведения собрания? - перебила, как всегда, активная Шакальская.

- Не замечается ли в ребенке недопотолстения, то есть недоприбавления в весе? - застенчиво спросил Башмаков.

И машинка завертелась.

Счастливый отец не успевал отвечать на вопросы.

1933

Примечание

Счастливый отец.- Впервые опубликован в журнале "Крокодил", 1933, в дополнительном номере, вышедшем со специальным назначением между № 29 и № 30 и называвшемся "Крокодил" - авиации".

Редколлегия журнала извещала, что средства от продажи этого номера пойдут на постройку аэроплана "Крокодил", который войдет в эскадрилью имени М. Горького.

Печатается по тексту Собрания сочинений в четырех томах, т. III, "Советский писатель", М. 1939. В этом издании и в сборнике "Как создавался Робинзон", "Советский писатель", М. 1935, рассказ ошибочно датируется 1934 годом.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев А. С., 2013-2017
При копировании материалов просим ставить активную ссылку на страницу источник:
http://ilf-petrov.ru/ "Ilf-Petrov.ru: Илья Ильф и Евгений Петров"